Полный вперед! Приключения «Фрама»в полярных морях

«Фрам» — деревянная парусно-паровая шхуна, построенная в Норвегии в 1892 году известным судостроителем Колином Арчером по заказу Фритьофа Нансена специально для плавания во льдах.Среди знаменитых на весь мир кораблей-музеев, таких как стокгольмская «Васа», петербургская «Аврора» или портсмутская «Виктория», «Фрам» из Осло имеет особую репутацию — полярника, первооткрывателя. За годы активной службы своему королю он побывал в 3 важных экспедициях, каждая из которых вписана в историю крупных географических открытий.


«Фрам» ему имя!

Имя «Фрам» — по-норвежски «вперед» — дал кораблю Фритьоф Нансен, знаменитый полярный исследователь, которому он и обязан своим рождением.


Необычное судно понадобилось ему для осуществления смелого и оригинального плана — достичь центральной части Арктики, вморозив судно в лед и следуя полярному течению, которое, как верил Нансен, брало начало севернее азиатского материка, пересекало, возможно, сам полюс и поворачивало на юг между Шпицбергеном и Гренландией. Еще в 1884 году норвежский профессор-метеоролог Хенрик Мон опубликовал статью о том, что у северо-западных берегов Гренландии были найдены предметы, принадлежавшие экспедиции на судне «Жаннетта», затонувшей в 1881 году к востоку от Новосибирских островов. Обнаружение этих предметов у берегов Гренландии Мон объяснял существованием течения, которое идет от Новосибирских островов к Гренландии. Эта статья сразу заинтересовала Нансена, и в его голове родился простой и одновременно блестящий план: течение можно использовать для достижения центральной части Арктики. «Нужно попробовать войти в это течение, с его помощью проникнуть в ту область, которой тщетно пытались достигнуть все те, кто раньше шел против течения. Если мы попытаемся работать заодно с силами природы, а не против них, то найдем вернейший и легчайший способ достижения полюса». Для этого ему нужно было специальное судно, отвечавшее особенным требованиям: небольшое, но необыкновенно прочное и надежное, способное противостоять колоссальной силе сжатия льдов и стать теплым удобным домом для команды в течение нескольких лет дрейфа (Нансен рассчитывал на 5 лет автономного плавания — с запасом). При этом скорость и ходкость под парусами не имели определяющего значения.


Несмотря на то что все видные полярные авторитеты того времени осудили проект экспедиции, а некоторые называли его чистым безумием, Нансену удалось убедить своих соотечественников в правильности избранного плана и собрать необходимые средства: более половины суммы выделило норвежское правительство, остальное пожертвовали частные лица и общества.


Изучая опыт предыдущих полярных экспедиций, Нансен удивлялся тому, что за исключением двух-трех, они не строили специально приспособленных для этой цели судов. Большинство пользовались кораблями, не предназначенными для плавания во льдах. Чаще всего это объяснялось поспешностью, с какой снаряжались такие экспедиции — в течение 2–3 месяцев. Сам Нансен подошел к подготовке более чем ответственно, она заняла столько же времени, сколько и предполагаемый дрейф — три года, тогда как сам план был готов за 9 лет до старта.


Чертежи будущего корабля составлялись, утверждались и опять отвергались один за другим, постоянно вносились изменения и улучшения. Достигнутая в итоге форма корабля (схожая с половинкой кокосового ореха) могла показаться некрасивой, но была очень целесообразна. Корпус был возможно уменьшен в длину для удобства лавирования между ледяными полями.


Округлые выпуклые бока без больших плоских поверхностей — чтобы льду не за что было зацепиться. А для того чтобы короткий корабль с выпуклыми боками имел необходимую грузоподъемность, его сделали широким — ширина составила около трети длины. Форма судна способствовала тому, чтобы оно «выскальзывало из ледовых объятий, как угорь».


Конструкторы сделали все возможное, чтобы обеспечить наибольшую прочность бортов. Шпангоуты* были сделаны из первосортного итальянского дуба и размещались с промежутками всего в 3–4 см. В качестве материала для тройной обшивки корабля использовались: для двух внутренних слоев — итальянский дуб, а для внешней «ледяной» обшивки — гринхарт, весьма твердое и прочное дерево, произрастающее в Британской Гвинее и неподверженное разрушению морским червем. «Ледяная» обшивка крепилась таким образом, что, будучи содрана льдом, она не повредила бы основной корпус судна. Особо укрепленная дубовыми балками корма была к тому же защищена снаружи толстыми железными листами. Толщина бортов достигала 70–80 см. Форштевень** же имел общую толщину в 1,25 м. Вдоль его передней наружной стороны залегал железный штевень***, а на него наложены железные шины, проходящие поперек носа. Водонепроницаемость корабля обеспечивалась битумом с опилками, залитым в пространство между близко расположенными шпангоутами.


Для обивки внутренней части бортов использовались пробка, войлок, воздухонепроницаемый линолеум, оленьи шкуры и декоративная панель из ели. Многослойные обшивки внутренних помещений, включающие в том числе воздушные пространства, защищали не только от мороза, но и от осаждавшейся на холодных стенах помещения влаги — неприятности, свойственной большинству подобных путешествий. Как правило, влага в каютах быстро превращалась в иней или ручейками стекала со стен на койки и на пол, делая пребывание в каютах и сон очень некомфортным. На «Фраме» этого удалось избежать — в каютах не было и следа сырости.


Самой важной задачей по отношению к такелажу было устроить его по возможности проще и прочнее, чтобы он представлял наименьшее сопротивление при движении судна под парами и снастями легко было управлять с палубы, что важно при малочисленном экипаже. По совету капитана «Фрама» Отто Свердрупа корабль был оснащен как трехмачтовая шхуна, то есть преимущественно косыми парусами, что и оказалось наилучшим вариантом.


Машина судна была также сделана с особой тщательностью, она имела мощность 220 индикаторных лошадиных сил и в спокойную погоду при неполной загрузке развивала скорость 6–7 узлов.


Как самая экономная в отношении расхода топлива была выбрана машина тройного расширения. А особое приспособление позволяло выключать любой из трех цилиндров при выходе его из строя и обходиться двумя или одним.


В корме находились колодцы для винта и руля, через которые они могли быть подняты на палубу. Благодаря этому нововведению немногочисленный экипаж получил возможность при сильном или внезапном сжатии поднять руль на палубу в течение нескольких минут и сохранить его от повреждений, так как корма считается самым уязвимым местом судна, плывущего среди льдов.


Когда наконец судно было готово, тысячи людей собрались приветствовать спуск его на воду. На специальные подмостки, устроенные около носа корабля, поднялись Фритьоф Нансен и его жена Ева, она подошла к носу и сильным ударом разбила о него бутылку с шампанским, громким и ясным голосом (она была профессиональной певицей) произнеся: «Имя ему «Фрам»! В ту же минуту на флагштоке взвился флаг с именем корабля, были обрублены все канаты и подпорки — и «Фрам» заскользил по наклонной поверхности к воде, приветствуемый криками «ура» и салютами орудий. Эта минута захватила всех своей торжественностью.

Экспедиция Фритьофа Нансена
1893–1896 годы

Целью Нансена было исследование обширных неизученных полярных областей во время многомесячного дрейфа, а также достижение самого полюса, что он, однако, не считал необходимым: «Мы отправляемся не для того, чтобы отыскать математическую точку, составляющую северный конец земной оси, достижение этой точки само по себе малоценно, но чтобы произвести наблюдения в обширной неисследованной части земного шара, окружающей полюс». В июле 1893 года экспедиция покинула Норвегию, имея целью Новосибирские острова, чтобы в районе, где была раздавлена «Жаннетта», дать дрейфующим льдам захватить судно в плен и ждать, когда течения пронесут его мимо Северного полюса. 29 июля «Фрам» вошел в Югорский шар****. Здесь были взяты на борт 35 собак, доставленных из Западной Сибири при непосредственном участии российского полярного исследователя Эдуарда Толля.


В Карском море экспедиция встретила множество не отмеченных на карте островов и была задержана массами сплоченных, часто не вскрывшихся льдов. Это очень беспокоило Нансена, так как сложная ледовая обстановка грозила непредвиденной зимовкой у берегов Таймыра. Но 10 сентября «Фрам» благополучно обогнул северную оконечность Евразии, мыс Челюскин, и перед ним открылся прямой путь к цели — дрейфующим льдам к северу от Новосибирских островов.


В конце сентября «Фрам» вмерз в большую льдину севернее острова Котельный — и начался трансарктический дрейф. Команда стала готовиться к длительной жизни на пассивно передвигающемся судне: машина была разобрана, руль вынут, в трюме устроены мастерские, а на палубе — ветрогенератор, который обеспечивал электрическое освещение.


Одновременно началась регулярная исследовательская работа. Научные наблюдения очень скоро дали важные результаты: вопреки распространенному тогда представлению о мелком полярном море было установлено, что его глубина на протяжении дрейфа «Фрама» превышала 3 тыс. метров. Интересные выводы дали и наблюдения за температурой воды на различных глубинах: оказалось, что вода на глубине от 200 до 600 метров обладает положительной температурой, тогда как выше и ниже находится вода с отрицательной температурой.


Теплая вода промежуточного слоя, как показал Нансен, представляет собой продолжение Атлантического течения (Гольфстрима), которое проникает далеко в полярный бассейн. Однако лежащие над этим течением холодные воды не дают ему оказывать непосредственный климатический эффект, как это делают атлантические воды вблизи Шпицбергена или в Баренцевом море. Вскоре после начала дрейфа стали происходить сжатия льдов, но они не беспокоили команду корабля, которая крепко полагалась на свое удивительное судно. «Мы сидим в наших уютных каютах совершенно спокойно и даже не выходим наверх посмотреть на хаос», — писал Нансен.


Как он и предполагал, судно понесло на северо-запад, но дрейф происходил медленнее и южнее, чем ожидалось. Как только стало понятно, что корабль не пройдет вблизи полюса (до него оставалось более 500 миль), Нансен в сопровождении лейтенанта Гилмора Йохансена покинул корабль, чтобы по плавучим льдам на собачьих упряжках попытаться достичь Северного полюса. Это случилось в середине марта 1895 года, но уже в апреле, через 25 дней пути, достигнув рекордной на то время параллели 86o14’N, они вынуждены были отказаться от своего плана, так как дрейф льда сводил на нет все продвижения. Нансен и Йохансен взяли курс на Землю Франца-Иосифа (ЗФИ) и с величайшим трудом прибыли туда через 3 месяца. Зиму 1895–1896 годов они провели в примитивной каменной хижине, живя охотой на моржей и белых медведей, а в июне 1896 года Нансен неожиданно встретил на ЗФИ английскую экспедицию Фредерика Джексона, и на ее на судне «Виндворд» вернулся вместе с Йохансеном в Норвегию в августе 1896 года.


Тем временем «Фрам» продолжал свой 3-летний дрейф. После достижения самой северной точки плавания (85o56’N 66o31’E) 15 ноября 1895 года корабль был направлен льдами на юго-запад, скорость дрейфа заметно возросла. Наблюдения за температурой, течениями океана, ледовыми условиями продолжались регулярно.


Весной 1896 года, когда корабль уже находился на меридиане Шпицбергена, стали открываться большие полыньи. В середине мая мореплаватели начали взрывать лед, и после долгих усилий «Фрам» сошел со льдины, на которой лежал, а вскоре получил возможность самостоятельно двигаться в воде.


За все время дрейфа судно несколько раз подвергалось смертельной опасности быть раздавленным льдами, но расчеты Арчера и Нансена подтвердились, и «Фрам» в хорошем состоянии, а также его команда в полном составе, вернулись в Норвегию всего неделей позже Нансена (что в точности совпало с его расчетами).


Экспедиция, создавшая целую эпоху в истории исследования Арктики, была завершена. «Безумный» план Нансена выполнен без единой жертвы, без единого случая заболевания цингой. Научные данные экспедиции невозможно переоценить, а «Фрам» стал первым судном, которое благополучно выбралось из коварных льдов Центральной Арктики.

Экспедиция Отто Свердрупа
1898-1902 годы

Вторую экспедицию на «Фраме» возглавил Отто Свердруп, который был капитаном корабля в первом плавании и командовал им после того, как Нансен оставил судно. Миссией Свердрупа в новом походе (к плану которого также приложил руку Нансен) стало исследование северной части и восточного побережья Гренландии. Финансировали это плавание норвежские промышленники братья Эллеф и Амунд Рингнесы и дипломат Аксель Хейберг. Экспедиция, рассчитанная на 3 года, взяла с собой провианта на 5 лет и не напрасно — ведь на самом деле продлилась она 4,5 года, так как судно не смогло раньше освободиться изо льдов. Однако каждую весну Свердруп предпринимал большие санные вылазки к неизвестным землям.


В результате была исследована территория около 200 тыс. км2, открыты новые острова, существенно дополнены сведения о регионе, установленные ранее Робертом Пири, Джоном Франклином и экспедициями, разыскивающими Франклина. Во втором плавании «Фрама» проводилось больше научных исследований по сравнению с первым, в нем участвовали зоолог, ботаник, геолог и картограф, а результаты были опубликованы в 1919 году в 4 томах, плюс дополнительный том в 1930 году. Отто Свердрупу удалось создать удивительно работоспособный, слаженный коллектив, все члены которого внесли существенный вклад в достижения экспедиции.


В августе 1898 года «Фрам» вошел в пролив Смита между Гренландией и о. Элсмир, где пришлось встать на зимовку, во время которой на собачьих упряжках был обследован о. Элсмир. На следующий год ледовая обстановка не позволила пройти на север, и Свердруп направился на запад в пролив Джонса, где встал на вторую зимовку уже у южного побережья о. Элсмир. До наступления полярной ночи был положен на карту южный берег острова. Весной в процессе санных маршрутов норвежцы открыли о. Аксель-Хейберг и обследовали его западный берег. Летом 1900 года удалось пройти пролив Джонса, однако далее льды не пустили, и экспедиции пришлось вернуться в пролив Джонса и остаться там на третью зимовку. В этом походе были уточнены очертания северо-западного побережья о.Девон. С наступлением весны 1901 года полярники двумя отрядами выполнили протяженные санные маршруты, в процессе которых были открыты крупные острова Эллеф-Рингнес и Амунд-Рингнес, а также детально обследованы восточный берег о. Аксель-Хейберг и западный берег о. Элсмир. В 1901 году освободиться ото льдов не удалось.


За время четвертой зимовки, в апреле-мае, норвежцы на санях прошли по узкому проливу Юрика (Эврика) между островами Аксель-Хейберг и Элсмир, поднялись по нему на север в пролив Нансена и обследовали оба его берега. Летом 1902 года «Фраму» наконец удалось освободиться из ледового плена.
www.gpavet.narod.ru


После первого плавания «Фрама» были внесены некоторые изменения в его конструкцию: надводный борт сделали на 6 футов выше, построена новая палуба и увеличено количество кают, добавлен фальшкиль*****, чтобы усилить поперечную устойчивость. Позже, в 1909 году, паровая машина была заменена на дизельный двигатель.

Экспедиция Руаля Амундсена
1910-1912 годы

После возвращения из Арктики Фритьоф Нансен был назначен профессором зоологии университета Христиании. Однако фактически его интересы сконцентрировались вокруг океанологии. Обрабатывая гидрологические наблюдения, произведенные им на «Фраме», Нансен убедился, что применявшаяся в то время практика исследований была весьма несовершенна и взялся за создание новых методов океанографических исследований, привлекая к этому выдающихся ученых. Физическая океанография становилась точной наукой, и творцом ее был Нансен. Теперь ученого привлекала Антарктика.


В 1898 году он прочел в Географическом обществе в Лондоне доклад о проекте норвежской антарктической экспедиции и начал заниматься подготовкой этой экспедиции, которую предполагал совершить на «Фраме».


В 1907 другой знаменитый норвежский полярник Руал Амундсен (к этому времени он уже успел впервые в истории пройти Северо-Западным проходом на яхте «Йоа») изложил Нансену свой план новой экспедиции в Северный Полярный бассейн на дрейфующем судне. Он намеревался начать дрейф в Чукотском море, восточнее, чем в первый поход «Фрама», и тогда вмерзшее во льды судно могло пройти ближе к СП. Это должна была быть грандиозная семилетняя экспедиция, обещавшая дать колоссальные научные результаты. Добраться до Чукотского моря Амундсен собирался не Северо-Восточным проходом, а южным путем, обогнув Африку и Азию. Он хотел получить для этой экспедиции «Фрам».


В те годы Нансен уже вел активную политическую и общественнуюю деятельность. Видимо, это заставило его отказаться от антарктической экспедиции. А быть может, он посчитал, что для науки замысел Амундсена важнее. Как бы то ни было, благородный Нансен уступил свой «Фрам».


Получить согласие великого полярника было только первым шагом в подготовке экспедиции. «Фрам» принадлежит государству, но на экспедицию Амундсену необходимо было собрать средства. Что было нетрудно, пока на Северном полюсе еще не побывал человек. Но узнав в 1909 году об открытии полюса Робертом Пири (что тогда ни у кого не вызывало сомнений), Амундсен понял, что собрать деньги не получится. К тому же он всегда стремился быть первым и ради этого мог пожертвовать научными открытиями. Он изменил свои намерения и решил отправиться к Южному полюсу, чтобы разрешить «последнюю великую задачу», информировав об этом лишь весьма узкий круг самых доверенных людей. Но не нашел в себе силы поставить об этом в известность Нансена.


Мир узнал о решении Амундсена только тогда, когда «Фрам» от о. Мадейра повернул на юг, к Антарктиде. Это была сенсация, тем более что в это же время в Антарктиду с этой же целью отправилась английская экспедиция Роберта Скотта. Началась гонка к Южному полюсу, в которой полностью проявилась натура Амундсена — идти вперед к победе, не считаясь ни с кем и ни с чем. Единственным человеком на Земле, к кому Амундсен относился с глубочайшим уважением и мнение которого имело для него огромное значение, был Нансен. В письме к нему Амундсен дал объяснение своему поступку: после открытия Северного полюса не он потерял интерес к походу в Арктику, а вся мировая общественность. Поэтому собрать необходимые средства на многолетнюю экспедицию не удастся. Успех в достижении Южного полюса поможет Амундсену получить финансовую поддержку для северной экспедиции, от которой он отказываться не собирается. Таким образом, решение его было вынужденным. Амундсен и сам поверил в это. Безусловно, Нансен должен был чувствовать себя обманутым, но сумел встать выше личных обид.


14 января 1911 года «Фрам» приплыл к Ледяному барьеру в море Росса. Здесь экспедиция разделилась на 2 группы — одна под руководством капитана «Фрама» Торвальда Нильсена отправилась в океанографический рейс через Атлантику к берегам Африки и обратно, чтобы через 2 года вернуться за зимовщиками, а другая осталась на берегу Китовой бухты барьера Росса и занялась постройкой базового лагеря сухопутной экспедиции. В октябре 1911 года Амундсен с 4 товарищами двинулся вглубь Антарктиды, чтобы дойти до Южного полюса на собачьих упряжках и лыжах. Опередив на несколько недель группу Скотта, они достигли своей цели 14 декабря 1911 года.


Подробный рассказ об этом знаменательном событии заслуживает отдельного внимания «Кают-компании». Здесь же необходимо отметить, что в этой экспедиции Амундсен сделал несколько географических открытий на территории Антарктиды, а «Фрам» достиг рекордной южной широты, покоренной на корабле — 78°41′S.


По возвращении Амундсен первым делом приехал к Нансену и предстал перед ним смущенный. Реакция Нансена лишний раз показывает величие этого человека: протянув Амундсену руку он тепло поздравил его со счастливым возвращением и совершенным подвигом. После антарктической экспедиции Амундсен не оставил идеи о повторении дрейфа Нансена через Северный Ледовитый океан. Но осуществил ее много позже и на другом судне. Для «Фрама» же антарктическое путешествие было последним.

Корабль-музей

Такова краткая история славных экспедиций «Фрама».


После возвращения из Антарктиды, корабль 15 лет простоял на якоре в Хортене (недалеко от Осло) под ударами ветра и непогоды. К тому же он был полностью разукомплектован для оснащения нового судна Амундсена «Мод», которое в 1917 году отправлялось в следующий полярный дрейф. Амундсен принял решение не плыть снова на «Фраме», так как тот был сильно изношен после трех многолетних ледовых экспедиций.


В 1930 году (когда умер Нансен) Комитету по сохранению «Фрама», возглавляемому Отто Свердрупом, удалось отремонтировать корабль и восстановить до состояния, в котором он был во время своей второй экспедиции. А в 1936 году «Фрам» обрел постоянный дом: открылся музей-павильон корабля на полуострове Бюгде, куда за полчаса можно добраться от центра Осло на автобусе, в летнее время — на пароме. Бюгде известен как музейный полуостров, на котором расположено множество туристических зон и зон отдыха, среди ближайших соседей «Фрама» — музей «Кон-Тики», Норвежский морской музей и Музей кораблей викингов.


С верхнего этажа павильона-атриума можно подняться по трапу на борт судна, осмотреть его оснащение и внутренние помещения: заглянуть в каюты через окна, устроенные в дверях, и удивиться крошечному размеру личного пространства их жильцов, увидеть некоторые их личные вещи, побывать в кают-кампании и полюбопытствовать камбузом. Богатая музейная экспозиция посвящена не только «Фраму», но и истории полярных походов в целом. Без сомнения, именно такого почетного окружения достоин уникальный корабль, честно отслуживший свою полярную службу и по праву носящий звание Героя, как и его легендарный создатель.



  • * Шпангоут — поперечный элемент жесткости обшивки корпуса корабля.
  • ** Форштевень — носовая оконечность судна, являющаяся продолжением киля.
  • *** Штевень — вертикально или слегка наклонно расположенный брус, скрепленный с килем судна и составляющий носовую (форштевень) или кормовую (ахтерштевень) оконечность судна.
  • **** Югорский шар — пролив между материком Евразии и островом Вайгач, соединяет Баренцево и Карское моря.
  • ***** Фальшкиль — деревянный или металлический брус, прикрепляемый под килем для предохранения его от повреждений или для придания судну большей устойчивости.

Текст: Юлия Пантелеева
Добавлено 23 апреля 2014
Share