Из России в Канаду на машине!

Рассказ о Морской автомобильной ледовой экспедиции из России в Канаду через дрейфующие льды Северного Ледовитого океана.


Чистый лист бумаги и состояние полнейшей растерянности: как написать об экспедиции, чтобы было интересно читать? Чтобы поверили, почувствовали наше состояние?


Начну с создания машин «Емеля». Я заболел идеей постройки  вездехода собственной конструкции после участия в четырёх автомобильных экспедициях под руководством Владимира Семеновича Чукова – известного российского  полярного путешественника. Мне повезло: за эти четыре похода довелось побыть в роли механика-водителя на трёх разных типах автомобилей-вездеходов на шинах низкого давления. Долгими  трудовыми буднями, включая  часы частых ремонтов, я размышлял, как сократить эти самые  часы, увеличить проходимость и надёжность таких машин. Ещё одним важным, на мой взгляд, качеством подобного автомобиля, должна была быть хорошая обитаемость, т.е. просторный кузов-однообъёмник, дающий возможность экипажу в относительно комфортных условиях переждать два-три дня плохой погоды, да и просто на ночёвках спать, вытянувшись в полный рост, не мешая при этом соседу по нарам. Пробуждение по утрам, знаете ли, должно быть радостным, а не подавленно-угрюмым. Когда сидишь утром в тепле и с чашкой дымящегося кофе в руке под уютный шум котла-подогревателя и салонного отопителя, жизнь кажется гораздо более красивой и романтичной. Настроение может быть только слегка подпорчено голосом шефа из микрофона радиостанции: «Монинг, джентльмены, зелёная машина готова к движению»...


Но об этом в моменты мысленного конструирования вездехода я не думал, больше был занят проблемами надёжности и функциональности. Вопросы дизайна не интересовали меня вовсе: я был глубоко убеждён, что хорошо работающая вещь автоматически при создании получится если не красивой, то точно не безобразной. Первый автомобиль создавался небыстро, на постройку его ушло около полутора лет, некоторые узлы переделывались по три-четыре раза. Испытывать его было решено на небезызвестном Рдейском болоте. И «Е-1» («Емеля-1») стал первым автомобилем, доехавшим до развалин красивейшего монастыря на сухом островке посредине этого болота.


Вторая машина была построена примерно за 4-5 месяцев,  кузов у неё был целиком клёпаным, из Д16т (здесь и далее – марки алюминиевых сплавов. Прим. ред.), в отличие от первенца, сваренного из АД31 и Амг-6. Сразу скажу, что клёпаная технология предпочтительней. Итак, два вездехода готовы. Ездить на них по дачному участку, невзирая на их полную экологичность, неинтересно. И моя мечта стала приобретать всё более  ясные контуры, очертаниями подозрительно напоминающие карту Арктического бассейна. Я покорился судьбе и начал готовить первую самостоятельную экспедицию в Арктику. План, как у всех самоуверенных и малоопытных людей, был вызывающе прост: из Салехарда к мысу Арктический, что на Северной Земле, далее до Северного полюса и назад. В команде много сильных альпинистов и мало механиков. Про дрейфующие льды и говорить нечего - все увидели их в первый раз. Судьба оказалась милостива к нам и трудностей предоставила ровно столько, сколько было в наших силах  преодолеть. В первой половине похода машины ломались постоянно, задерживая наше продвижение, в конце концов мы оказались у мыса Арктический только в начале мая. О полюсе уже не могло быть и речи, и, «развернув оглобли», мы за две недели сумели добраться до Нового Уренгоя, что само по себе является, на мой взгляд, трудовым подвигом. Справедливости ради надо заметить, что к моменту разворота всё, что могло сломаться в машинах, сломалось и было починено, так что к дому мы продвигались намного веселее.


Потом был почти год доработки автомобилей и дооснащения их приспособлениями для вытаскивания из разных неприятностей. В 2009 году нашу идею броска к Северному полюсу поддержало  Управление авиации ФСБ России, и в середине марта мы оказались в точке старта. Неделя ушла на подготовку караванов и упаковку грузов. 21 марта экспедиция тронулась в путь с острова Средний на Северной Земле. Пройдя проливом Красной Армии, взяли курс на север, и через 38 дней два потрёпанных приключениями автомобиля стояли на Северном полюсе. Таким образом, русские первыми достигли полюса на автомобиле в апреле 2009 года. (См. «На Емелях к Северному плюсу» в №2 2012 «Кают-компании») За время похода нам один раз было парашютом сброшено три бочки (540 л) топлива.


А судьба вела меня дальше и постепенно появилось понимание того, что теперь как у конструктора у меня полностью развязаны руки. 2010 год прошёл в напряжённой работе, и в конце февраля 2011-го были готовы два новых вездехода. Внешне практически неотличимые от героических предшественников, изнутри они стали намного более совершенными, обладали высокой маневренностью, к тому же были весьма экономичны да и легче килограмм на 100-120. Через несколько дней после окончания работ машины уже ехали в грузовике в Уренгой. И снова мы самоуверенно считали для себя возможным планировать в один сезон одолеть маршрут от Уренгоя до Северного полюса и далее до посёлка Резольют в эскимосском королевстве Нунавут (Канада). Мы даже запаслись канадскими визами. Поход  через Карское море получился замечательным лишь в плане приобретения опыта, отработки различных приёмов работы на дрейфующем льду и придумывания самых разных полезных приспособлений. В середине апреля прибыли на полярную станцию острова Голомянный (Северная Земля), где положение наше определилось окончательно: через 10 дней, так и не выдвинувшись к полюсу, мы отбыли обратно на материк, проведя все эти 10 дней в работе по обслуживанию и совершенствованию машин, особенно прицепов. В результате похода я узнал не теоретически, а на практике расход топлива и все слабые места конструкции прицепов (в суете подготовки к походу машин прицепы строились по остаточному принципу).


А в 2013 году, планируя очередной поход, я вдруг осознал, что идея автономного (без дополнительных подбросов с воздуха – Прим.ред.) перехода из России в Канаду - это не плод больного воображения, а непростая, но выполнимая задача. Порадовался, что в 2011-м мы так много времени уделили прицепам.  На этот раз всё пошло с самого начала правильно: начальники из ведомства, название которого лучше произносить шёпотом, подписали нам попутную доставку  на о. Средний; Русское географическое общество со словами «мы налево-направо свой флаг не раздаём» вручило нам всё-таки этот флаг;  канадское посольство дало визы с разрешением попасть на их территорию с тыла; поезд Москва-Воркута шёл по расписанию, самолёт - по плану… И вот 13 февраля мы снова оказались на острове Средний.


На станции соседнего Голомянного нас встречали как старых друзей: это был мой пятый визит к ним, да и остальные бывали здесь не раз. До первого марта, в связи с вновь открывшейся перспективой автономного прохождения маршрута, мы тщательнейшим образом готовили караваны к  пробегу длиной 4000 км. Смонтировали на крыше зелёной машины лестницу для обозрения окрестностей, но не только для эстетического наслаждения открывающимися видами, а также с целью нахождения проходов  «подешевле», а то и вовсе  «бесплатных»в буреломе торосов и паутине трещин. По результатам консультаций с механиками прицепы было решено дополнительно усилить, а именно: все клёпаные соединения на корзине прицепа проклепать дополнительно советскими болтами М10, благо их мягкая сталь для этого идеально подходит. У постоянного обитателя Голомянного хозяйственного Анатолия Омельченко в его «механке» (мех. мастерской) нашлись потребные для этой акции 480 болтов с гайками, и ему ещё осталось. Загрузив в бочки три тонны заброшенного сюда ещё в навигацию топлива, первого марта с трудом отрываемся от  родного нам Голомянного. Провожать нас вышли все, в том числе и чета Филипенко (Юрий Филипенко – начальник станции), и Омельченки с трёхлетним полярником Андрюшей. Берём курс снова на Средний: отметиться у командира погранзаставы и взять собачку (под честное слово, что вернём с полюса вертолётом). Попрощавшись с  защитниками Родины, уходим на восток, в пролив Красной Армии. В багажнике машины болтаются два ящика просроченной тушёнки и ящик рыбы - кормить четвероного друга. Собака ночью сбежала: перегрызла верёвку и была такова. Накануне вечером Афанасий Маковнев проводил с ней медицинский сеанс, послушал сердце, определил выраженную аритмию, и подозрение на Чейн-Стоксово дыхание. Так что, может, оно и к добру: пусть пограничная стража разбирается с больной, им санитарный рейс вызвать проще. Жаль, конечно, что теперь не к кому пойти излить душу, осталась только бумага, но её, слава Богу, в достатке.

 

 Оторвавшись от цивилизации, ощущаешь некоторое облегчение, теперь многое в твоих руках. Впереди манящая неизвестность, ведь состояние льда в океане меняется ежедневно и многое зависит от воли Всевышнего. Сидя за рулём в эти дни, прерасно отдаю себе отчёт: вот оно, счастье – начало похода. Бытовые процессы потихоньку налаживаются, караван набирает ход, 7 марта за кормой остаются острова Северной Земли. Впереди океан.


Из дневника экспедиции


9 марта 2013


В России три дня выходных. Что может быть досаднее, когда с нетерпением ждёшь снимков, спутник наматывает орбитальные витки, исправно фотографирует, погода ясная, а Родина на три дня «ушла в астрал»? Но всё проходит, и это пройдёт. Пока же мы стоим в гряде торосов, больше напоминающей глубоко эшелонированную линию обороны. Весь день кололи лёд. Строишь, строишь дорогу, а проехать по ней доведётся один только раз, обидно... С другой стороны, день-два вдохновенного труда могут оказаться пропуском на океанские просторы. Там, вдали, нам мерещится ровный лёд. а пока за день - три километра.


Медведи... С утра захаживал один, всем своим видом давая понять, что он просто мимо проходил. Вокруг много открытой воды, и медведи охотятся на нерпу. От нас попахивает пятьюстами килограммами провианта, что, возможно, не даёт покоя их пытливому уму. Вчера мы целый день провели с пешнями в руках за разрушением первозданных торосов Большого Арктического заповедника. Потом по одному таскали машинами прицепы по этой четырёхсотметровой «дороге жизни». В восемь вечера, обессиленные, голодные, повалились в машины спать. Ночью с дружественным визитом приходил медведь. Мы не против, но когда его застукали любовно облокотившимся на бочку с салом, у Коли Козлова не выдержали нервы, и он выстрелом в воздух прогнал страдальца. День в торосах был таким тяжёлым, а сон настолько крепким, что большинство из нас выстрела не слыхали.


3 апреля 2013 г.


Ну вот, началось и на нашем фронте лёгкое движение. За последние четыре дня наш караван «проскакал» на север около пятисот километров. Состояние льда хорошее. Видно, Её Величество Арктика решила, что мы своим пигмейским упорством в начале похода заслужили право любоваться этой недоступной взору непосвящённых красотой. Совершенная форма одной ледовой трещины, её изгибы выглядели изысканно-аристократическим росчерком высочайшего пера на пропуске нам в святая святых.


В последние двое суток массовых проявлений героизма не наблюдалось, но была усталость от бесконечной рулёжки, неожиданное наступление полярного дня (очень быстро поднимались по широте) и открытие, что курсом на север здесь в полночь лучше не ездить: ночное солнце слепит глаза, совершенно не видно дороги. Техника радует, машины просто едут день за днём. Порыв «Даёшь полюс!» был таким сильным, что за 88-м градусом мне с трудом удалось притушить пожар энтузиазма в груди полярников, и то лишь потому, что сегодня у Сергея Исаева День рожденья, а такое событие не терпит суеты. Тут же обнаружилась масса дел, требующих незамедлительного исполнения. И вообще, в ритме «Дакара» можно выдержать две недели, но не три месяца нашего похода.


О машинах: разбиты сцепные устройства (не протянули вовремя крепления самых нагруженных узлов, например главных передач). Результат: поломанный кронштейн крепления и, как следствие, семичасовой ремонт.
В момент написания этих строк я сижу в передвижной мастерской шиномонтажа, в которую превращена зелёная машина, а Обиход с Козловым ремонтируют шины. Погода отличная, ветер несильный, лёд мы уже давно воспринимаем как земную твердь, и трудно вообразить, сидя за столом в уютной кают-компании, что мы в середине океана, в нейтральных водах, за тысячи километров от земли и людей. До полюса ещё почти двести километров и расслабляться рано: сюрпризов любого свойства может нас поджидать сколь угодно много.



Звонил на «Барнео», сказал, что подъезжаем к полюсу, на что Александр Орлов закричал в трубку:  «Ну вы прёте!».


6 апреля 2013 г.


Ну вот и полюс! Давно не виделись! Тут по-прежнему всё на месте: девственные лёд и снег, народу не видать, места воздушные, хорошие - полюс, одним словом. Состояния восторженности, подобного чувствам 2009 года, я не испытал, каюсь. Спал, как сурок, сдав вахту железному Владимиру Обиходу на последних 20 километрах пути. В этот раз, как и в 2009 году, повезло: ось вращения планеты выходит на свет Божий не в буреломе торосов, а на вполне себе уютном ледяном поле. Погода ясная, ветер слабый, и осознание того, что отсюда во все стороны «под горку», очень греет душу.
До канадских берегов от полюса на 350 км ближе, чем до ненаглядной Отчизны. Топлива в караванах после тщательных подсчётов осталось 1825 л, на дорогу сюда израсходовано 1460. Пройдено 1650 км (88,48 л/100км на обе машины). Оставшихся 1800 л вполне хватает не просто до канадских берегов, а и до посёлка Резольют, который на тысячу километров южнее. Хочется верить, что автономный переход удастся, что не зря мучили машины такими перегруженными караванами. Третий прицеп в каждом караване уже лёгкий, топливные бочки пусты. Первый же и второй прицепы с полными жестяными бочками, т. е. по 430 л солярки. Живём! А пока дрейфом нас уносит от полюса в сторону Исландии.


Мы въехали в зону многолетних льдов. Здесь поля больше, но и торосы… Дурно делается, если вообразить, что придётся колоть проходы в таких. Вчера заворожённо наблюдали, как льдину толщиной метра три выдавливало из воды наверх. Переезжали через ту гряду торосов по уходящей под воду льдине, через трещины в ней били фонтаны воды, второй машиной проскакивали уже по глубине около полуметра. Обошлось, проскочили. Причина всех этих рискованных действий банально проста – усталость. Народ устал, и перспектива неопределённо долго искать хороший проход совсем неинтересна, не говоря об упражнениях с пешнёй в руках. Ещё вчера решили: на полюсе остановимся, выспимся, приведём хозяйство в порядок и только после этого - на юг, в страну берёз и косых дождей между ними.



10 апреля 2013 г.


Прошли сутки с тех пор, как мы уехали с полюса. Там отоспались, привели в порядок машины, «почистили перья» – как-никак за границу собрались - и поехали. Пока дорога неплохая, решили ехать посменно. Как только станет тяжелее, перейдём на обычный график, чтобы побольше народу помогало искать дорогу, да и просто махать пешнёй. Всё хорошее, особенно дорога, расслабляет, вот и Ваш покорный слуга, окончательно потеряв бдительность, проваливает машину на тонком льду. Аккурат перед выездом с полюса мы отлаживали снасти и тренировались в вытаскивании машины из воды. Результат: через двадцать минут мы уже ехали дальше, а Андрей Ваньков, большой романтик, молвил с грустью, что места подвигу в нашем коллективе совсем не осталось…
За сутки мы распрощались с гостеприимным 90-м градусом и приблизились к североамериканскому континенту на 130 км. Находимся в царстве паковых льдов, торосы иногда поражают своими исполинскими размерами. Сегодня около двух часов провели у линии торошения двух огромных ледовых полей в ожидании, когда можно будет перескочить с одного на другое. Перескочили. Чего не сделаешь, чтобы побыстрее оказаться дома. Такие у нас тут дела, в канадском секторе Арктики.


 

11 апреля 2013


Находимся в 257 км к югу от полюса на 84-м градусе западной долготы. До этого момента весело катились от полюса в режиме посменной работы с небольшими приключениями. Но теперь упёрлись в гряду высоченных торосов, заглянуть через которые и наша хвалёная лестница на крыше не шибко помогает. Работать посменно передумали и легли спать. Проснувшись и попив кофе, народ побрёл искать проходы во льдах. Попытки найти объезд к успеху не привели, пришлось работать на кратчайшем направлении.

Погода, несмотря на падение давления до отметки 1007 мб, ясная, что нас совершенно запутало. При давлении 1050 мб в этой замечательной местности может быть ограниченная видимость и наоборот, при гораздо более низких его значениях погода, как например сейчас, будет ясной.
Кроме погоды нас ещё живо интересует направление, куда путь держать. Звучит на первый взгляд смешно – на юг, в сторону Канады, куда ж ещё! Но все не так просто. На присланном спутниковом снимке выделяется тёмная линия. Это - линия дрейфораздела, зона, в которую лучше не соваться. Уже скоро, если не сейчас, желательно правильно выбрать траекторию движения, которая приведёт нас к канадским берегам с минимальными потерями сил и времени. Береговые торосы и вне зоны многолетних льдов достигающие весьма внушительных размеров, здесь могут быть попросту непроходимыми для нас. В общем, в российской Арктике свои хлопоты, к примеру, больше воды, в канадской – свои: паковый лёд и огромные торосы.


Пишу эти строки, а по рации слышу переговоры мужчин, отправившихся на поиски дороги. Переговоры изобилуют эпитетами типа «плохо», «очень плохо» или «совсем плохо». Ровные поля видны, но путь к ним преграждает линия дрейфораздела, подобная описанной выше.


Машины работают хорошо, пока радуют нас. Движение наше воспринимается народом уже как рутина, и в этом таятся, на мой взгляд, основные опасности. Например, переправляется народ на надувной лодке, и, если не уследить, поплывут  эти полярники без всяких спасательных жилетов. На мои вопли о неотвратимости наказания следует лицемерное раскаяние, и все при этом знают, что если я и в следующий раз не вовремя отвернусь, всё повторится. «Барнео» далеко и пугать тем, что сниму с пробега уже не получается. Одним словом, банда. Но хорошая - опытная, весёлая, работоспособная.


Едем на юг в ожидании встречи с линией дрейфораздела , обещанной нам Юрием Быченковым из ААНИИ.


 

19 апреля 2013 г.


Здравствуйте все! Пишу о событиях за два дня. Вчерашний день начинался вполне обыкновенно, никаких предвестников чего-то необычайного. Поля, рваный лёд, между  трещинами ужом – всё как обычно. Накануне пересекали замёрзший канал с «окатышами» и тешили себя надеждой, что это и есть тот самый дрейфораздел, видимый на космическом снимке. И вот вчера перед одним из ледовых заборов привычным движением вздёрнули вверх лестницу и услышали вдали шум. Серьёзное торошение, грустно отметили мы. 


Поехали дальше и вскоре приблизились к источнику шума… Ледовый хаос. Два поля, а между ними в несколько проток движутся льдины, глыбы, спрессованная снежно-ледовая каша. Давно мы в разговорах между собой мечтали увидеть «настоящее торошение пакового льда». Арктика исполнила наши пожелания: увидели. Лёд толщиной, пожалуй, метров пять ломало, ставило на дыбы, задавливало под воду, шумовое сопровождение было  соответствующее..


Мы оставили машины в безопасном месте и отправились знакомиться с процессом поближе. Довольно быстро выяснилось, что перегнать машины одним махом, как мы делали раньше, не получится: линий дрейфа несколько, и если подготовить один переезд, вероятность того, что не будет разрушен следующий, близка к нулю. Оказаться на небольшом пятачке льда, который может быть смят в любой момент, без возможности вернуться назад или проехать вперёд означает потерю машины, но и оставаться на этом берегу навечно в наши планы не входило.


Распределились парами на разных протоках в ожидании подходящего момента. И наконец поехали! Вначале всё шло неплохо, но вот, уже в конце пути, провалился в воду последний прицеп в караване зелёной машины. Люди работали, как бешеные, и все-таки его извлечение заняло 10-15 минут. В ЭТОТ МОМЕНТ ДРЕЙФ ЗАМЕР! Наконец, прицепы были извлечены, весь караван переправился на другую сторону, затем красная машина с прицепами… а после этого - через пару минут, не больше - дрейф возобновился, и мы, как заворожённые, смотрели на неторопливо и безучастно переворачивающиеся в воде льдины со следами наших ног и шин в этом великом и вечном ледовом хаосе…


Провидение? - Вне всякого сомнения. Видавшие виды обросшие мужики, сняв шапки, стояли молча и благодарили Того, кто пропустил нас через этот поток. А дальше? Дальше было недолгое счастье езды по ровным полям и снова забор – поляна, забор – поляна… Всё, как и в городской жизни, только намного красивее. Вот и всё про эти два дня.




      Неотвратимо приближаемся к канадским берегам, рельеф вполне проходимый. Однако снимки, полученные с далёкой Отчизны, не внушают большого оптимизма в части триумфального выезда на припай Канады. Но караваны стали легче, трудящиеся сбросили лишний вес да и, как опытные каторжане, не делают ни одного лишнего движения. При этом несмотря на усталость моменты личностного самоутверждения в коллективе присутствуют. Пример: караван, остановившийся перед грядой торосов, отправляет двух разведчиков. Задача: найти проход полегче. Через несколько минут слышу по радио от одного: « проход есть, надо чуть-чуть подрихтовать»,  через полминуты  другой сообщает: «а у меня ещё дешевле», при этом проход первого он не видел. После лёгкого препирательства успокаиваю обоих джентльменов и принимаю решение, куда ехать. При этом главное - не забыть, в чью пользу принял решение, чтобы в следующий раз ситауцию отбалансировать. Но не все наделены таким честолюбием, некоторые соглашаются на чужой вариант без особых внутренних противоречий.


24 апреля 2013 г.



55-й день пути. Погода хорошая, ветра нет, температура -18° С, весна. Дни проходят быстро, но нельзя сказать, что однообразно. После циклона в этой местности много свежего снега, скрывающего под собой волчьи ямы. Сегодня в одну из таких и угодила зелёная машина, идущая первой. Правая сторона провалилась в снег так глубоко, что левая оказалась в воздухе. народ выкатился из машины (получилось очень удобно: крен был в сторону двери), водитель заблокировал дифференциалы, начал выезжать и потихоньку встал на ровный киль.

По-прежнему приходится разыскивать проходы в грядах торосов невероятных размеров, некоторые достигают в высоту 6-7 метров. Большей высоты торосов в открытом море нам не приходилось встречать нигде в Арктике. Трещин и речек много, их появление в поле зрения встречается обычно возгласом водителя: "Та-ак, давно не плавали!". После водружения в боевое положение лестницы и обзора окрестностей либо плывём, либо едем к месту поуже укладывать лестницы-мостики. Переезд по лестницам занимает минут 10-15, плавание - процесс более длительный, на час-полтора, он  включает в себя очистку элементов подвески и рулевого управления от мгновенно образовывающегося льда. До берега остаётся 160-180 км в зависимости от точки, куда будем целиться, а это, в свою очередь, зависит от картинки на присылаемых нам космических снимках.


В проливах Нансена и Свердрупа лёд стоит, но главной опасностью остаются вероятные линии дрейфораздела и просто огромные полыньи. С тем, что скорее всего нам придётся потратить немало сил, пробиваясь через гряды береговых торосов, мы уже внутренне смирились. На оставшемся до берегов Канады отрезке пути возможностей для трудового подвига хватит на нас всех.


 

 

26 апреля 2013 г.


Перешагнули границу 83-го градуса. Далась эта невидимая взору граница непросто. После циклона, прошедшего здесь некоторое время назад, нам достался очень глубокий сыпучий снег, особенно в зонах аккумуляции - грядах торосов. Машины мучаются, но едут), ребята бродят иногда по пояс в снегу. Была одна интересная переправа: по лесенкам, лежавшим самыми кончиками на высоких берегах речушки. Зал замер, особенно оператор - в ожидании драматических кадров… Но не свезло нашему Афанасию, конструкция выдержала, и опять пошли бесконечные однообразные эпизоды: забор - поляна, забор - поляна. Меняется на этих исторических кадрах только длина растительности на наших лицах, и цвет курток становится темнее.


До земли 94 км, но это ничего не значит: на снимках припай отделён от основной массы льда огромными разрывами, так что расслабляться рано. Сегодня приняли грамм по 50 коньяку из директорского фонда: четыре года назад автомобили впервые в истории добрались до Северного полюса. Вспомнили, какими неподготовленными мы были, как часто ломались машины, какие эмоции захлестнули нас, стоявших тогда на полюсе.


Вчера, после заправки машин, произвёл подсчёт топлива: его по-прежнему больше тонны.


 

Наконец показалась земля! Сначала едва-едва, в дымке, будто мираж (их в Арктике хватает), постепенно все больше материализуясь. Рельеф усложняется, темп движения падает. Ведём активную переписку с «Барнео» о состояния льда прибрежной полосы. Очень грамотную консультацию, к тому же с информацией от Канадской ледовой службы получаем от Василия Смоляницкого (ААНИИ). Переписываемся не только с гляциологами, с очередной почтой получаем инструкции по видеосъёмке из Москвы. Столичные асы настоятельно рекомендуют побольше внимания уделять ночной съёмке (напоминаю, дело происходит 26-го апреля на широте 82-83°N). Искренне радуемся за людей, у которых впереди так много интересных открытий.


 30 апреля 2013 г.


Ну вот мы и в Канаде! Океан и одновременно самая большая пустыня в мире позади. Состояние при выезде на ровный лёд припая было невесёлым: Замечательный, захватывающий дух жизненный этап уходит в прошлое. Давно известно, что достижение цели есть лишение её. Теперь у нас впереди  возращение домой и post factum-ная суета. Для рождённого кочевником есть два счастья в жизни: счастье дороги и счастье сознания того, что тебя ждут, предвкушение встречи. А потом - всё сначала…


Теперь к делу. Канада оборонялась до последнего: торосы на последних 50 км пути можно сравнить только с торосами в море Лаптевых, когда мы с трудом преодолевали притяжение России. В нейтральных водах, как положено, было вполне нейтрально.


 

Паковые льды канадской Арктики навевали бы мысли о вечном, если бы не невероятные объёмы работы пешнёй, превращавшие нас из мечтателей опять в человеков. Дрейфораздел в зоне паковых льдов, которые не всегда могут одолеть даже атомные монстры-ледоколы, забудется нескоро. А вот медведей в Канаде меньше. Афанасий со знанием дела утверждает, что они все «свалили» на ПМЖ в Гренландию.

 

Расслабляться пока рано, до деревни Резольют даже по российским меркам неблизко – 1500 км. Канадская ледовая служба, любезно обеспечившая нас спутниковыми снимками и профессиональными комментариями к ним, предупредила о возможности встречи с открытой водой и прижимами торосов к берегу.


На остров Уорд-Хант администрация заповедника нам заезжать запретила, а хотелось взглянуть на знаменитое место старта и финиша многих полярных экспедиций, фотографии которого я много раз разглядывал, сидя перед компьютером в Москве в Google-вой Планете. На припае решительно покончили со спиртным в надежде пополнить запасы в посёлке Резольют. Наиболее рисковые члены экспедиции совершили ритуальное погружение в воды Арктического океана, нафотографировались всласть и поехали.


 

3 мая 2013 г.


Мы в Канаде. Уже три дня. Наша канадская жизнь не шибко отличается от российской. Сменились декорации: вокруг красивые горы с ледниками. При выезде с дрейфующего льда на припай нас переполняли радостные ожидания: помчимся по ровному льду с ветерком на юг, к гостеприимным эскимосам, правильно – инуитам. Иллюзии длились недолго, часа два, потом начали пересекать многочисленные фиорды, в которых встретили те же торосы, вдобавок здесь недавно прошёл обильный снегопад, а ветра не было, и снег не уплотнился. Искать проходы в торосах, значит, каждые 5-10 шагов проваливаться по пояс и глубже. Скорость движения машин 7-10 км/час.
Вчера сделалась белая мгла, всё стало равномерно белым, рельеф не виден, и, конечно, началась зона торошения. Извечный выбор: остановиться и подождать видимости или с риском ехать вслепую, домой-то хочется. Поехали. Километров пятьдесят всё шло неплохо, а под утро я не почуствовал вовремя высокий заструг из очень плотного снега и уложил-таки зелёную машину на левый бок. Разбился термометр, закреплённый на зеркале. Да Владимир Обиход в одну секунду оказался спящим, как положено, в спальном мешке, но стоя. Не на голове – я же знал, на какой бок машину укладывать. Установка машины на ровный киль заняла минут десять, пока разложили вещи по местам, масло в двигателе стекло, запустились и поехали. Поломалась пружина среднего моста: при переезде через гряды торосов этот мост оказывается самым нагруженным. Так что не сдаётся пока Канада, но деваться ей некуда –­­ на носу наша Пасха!


 

7 мая 2013 г.


Одометр: 3737 км. До деревни Резольют по прямой 230 км. Погода солнечная -15° С, ветер крепкий, северо-западный, дымка, западный берег пролива едва виден.


Едем уже трое суток посменно, рельеф позволяет бодрствовать только одному человеку в машине. Торосы несложные, работы пешнёй не требующие. Народ торопится в деревню, в основном из гастрономических соображений: рацион наш оскудел безобразно. Сало есть, а сухарей к нему нет, чай есть, а сладкое отсутствует. Некоторым снится сгущёнка, другим –  что-то более изысканное, но менее сладкое.


Очень интересна культура эскимосов-инуитов. Меня она особенно интересует в части обхождения с рыбой и морепродуктами.


 Дорога наша пролегает по очень красивым местам с гористыми берегами, некоторые вершины прямо достойны кисти Рериха, да и освещение невероятное: цвета очень нежные несмотря на отсутствие восходов-закатов. Из зверей видели полярного волка-красавца, медведицу с малышом, моржей на льду около большой лунки. Наш оператор Афанасий подполз к ним на неприлично близкое расстояние и вдоволь насладился, вращая ручку аппарата. Мы в это время были заняты очередным извлечением машины из ледовой трещины. До Резолюта 280 км, и это внушает надежды на скорое благополучное завершение отпуска некоторых российских трудящихся.

 

8 мая 2013 г.



Подъезжаем к посёлку Резольют. Пересекаем следы снегоходов, вдали видны антенны и мачты аэропорта. Позади чуть меньше полутора тысяч километров по канадской территории. Езда была по большей части простая, полторы эти тысячи одолели дней за шесть, проливы были в неплохом состоянии, двигаться быстрее мешали только заструги. И вот перед нами форпост цивилизации. В посёлке к нам подъехала полицейская машина и представители власти доброжелательно изъяли у нас остатки продуктов. В последние дни похода я со свойственной мне бесчеловечностью ограничивал рацион, особенно в части самых вкусных продуктов. Так что даже обладатели самой скромной фантазии без труда могут представить себе выражение лиц и взгляды, которыми полярники одаривали меня под монотонное объяснение полицейскими наших прав. Зато люди в стране инуитов отзывчивые, шеф аэропорта вызвался проводить нас до самой дешёвой гостиницы, и это было очень гуманно, потому что самая доступная гостиница в этом селении стоит 250 долларов с человека в сутки. Напомню: нас семеро, и организационные хлопоты, консервация техники, загрузка всего экспедиционного скарба в два морских контейнера потребовали четырех дней напряжённого труда. Теперь наши машины, отмытые от океанской соли, почищенные и высушенные, стоят в контейнерах и ждут продолжения своей героической жизни, потому что уж кто-кто, а они-то точно главные герои нашего похода. Улететь хотя бы немножко на юг? Пожалуйста: 3000 долларов один билет в одну сторону, и на неделю вперёд их нет. Теперь умножайте и складывайте. В общем, отослав сигнал SOS в сторону Родины, мы работали не покладая рук. И были вознаграждены. Соотечественники помогли, да и Стив Пирси, тот самый шеф аэропорта, помог нам организовать маленький самолёт в нужный нам день и на несколько тысяч долларов дешевле, нежели семь билетов на регулярный рейс. Из традиционной пищи нам довелось попробовать только мактак (или мантак, как его называют на Чукотке). Это сырой китовый жир на куске кожи, есть надо вместе с кожей. Во время поглощения этот деликатес, как лакмусовая бумажка, показывает степень профессионализма Вашего дантиста. В остальное время питание было a la McDonalds, завезённый в прошлую навигацию. Ну ничего, всего-то три-четыре дня. Во всём инуитском королевстве царит сухой закон, скоро праздник, а у нас – ни капли. Но и тут помогли добрые люди.


Живут инуиты хорошо, это самая большая автономная территория мира (2500000 кв.км.), находящаяся полностью в самоуправлении у местного населения и, что особенно приятно нам, вездеходчикам, дорог общественного пользования на всю эту территорию всего 21 км. Вот где счастье нашего брата зарыто! В конце же с сожалением должен констатировать, что все средства, сэкономленные нами на авиабилетах, с лихвой перекрылись другими затратами в этой самой инуитской Канаде. В общем, и тут можно жить, но на Родине дешевле.Так что подумайте крепко, стоит сюда стремиться или нет.

 

Вот и подошёл к концу наш поход. Настало время подвести итоги.

Слава Богу, что в прошлом 2012 году нам не удалось выйти на маршрут, а в 2011-м ледовая обстановка в Карском море задержала наш легкомысленный и высокомерный порыв пройти одним махом от Уренгоя до посёлка Резольют в Канаде. Это спасло проект от более чем возможного фиаско. В этом же году, оказавшись у автомобилей уже 13 февраля, мы получили возможность за почти двадцать дней, тщательнейшим образом отревизовав машины и прицепы, основательно подготовить караваны к тяжёлому пути длиной больше 4000 километров, не расчитывая при этом на помощь со стороны.


Несмотря на кажущийся серьёзным опыт, на построенные с большой любовью автомобили, с первых же дней пути возникали трудности, не предусмотренные мною как руководителем экспедиции: проблемы со смазкой, малая скорость Интернета, не позволяющая получать снимки высокого разрешения, выходные дни на материке (речь идёт о Евразии, на северо-американском континенте есть дежурные в подобных службах), прочие  ошибки и объективные невзгоды. Наконец караван наш набрал ход. Путь от полюса к берегам Канады, как казалось нам, будет проще, но простота эта оказалась весьма иллюзорной. Однако в конце концов и эти препятствия были преодолены.


И теперь нужно сказать о людях. Из всех арктических походов, в которых мне довелось принимать участие (это была моя восьмая экспедиция на автомашинах в Арктику), команда этого года – безусловно, самая сильная. Впервые за все походы я мог во время остановок на ремонт, ночёвку, поиски проходов в торосах, усесться спокойно за столом и написать сообщения в интернет, ААНИИ, Канадскую ледовую или пограничную службы. В этот момент я знал наверняка (или почти наверняка, иначе я был бы плохим начальником), что всё делается правильно и относительно безопасно. Свидетельством нашего прогресса в сравнении с походом 2009 года служит тот факт, что соотношение пройденного пути к прямой линии четыре года назад было 1.74, а в этом году, к моменту достижения полюса – 1.41. Другими словами, мы прибыли на полюс, сократив путь на 400 км за счёт более грамотного выбора дороги в джунглях торосов и паутине трещин. Природные скромность и сдержанность вкупе с отсутствием литературных способностей не позволяют мне с должной эмоциональностью описать все тяготы этого похода, но их хватало. Было много и светлых моментов, например, полярный день. Вы пробовали спать при ярком солнце? Мы научились. Всё очень просто: стоит не поспать денек-другой, и заснёшь, как миленький. Белой мглы почти не было, мы успели проскочить до серьёзного потепления. И могу сообщить читателям «Кают-компании», что продолжительности нашего маршрута хватило нам для полного физического и морального удовлетворения. В этом году мы отнеслись к Её Величеству Арктике с подобающим уважением и в ответ получили Высочайшую благосклонность: проходы в бесконечных грядах торосов и лабиринтах трещин вовремя находились, частых снегопадов, маскирующих трещины и нилас, не было, а была правильная морозная погода, иногда с перебором, но ведь иначе с нами нельзя. Теперь все позади, но особая, к счастью не всем доступная, красота этой величайшей пустыни мира посещает меня во снах регулярно. Я бесконечно благодарен судьбе, поднявшей меня до высот понимания её. Теперь я навечно Вам раб и слуга, Ваше Величество Арктика!



Василий Елагин

2013 год


Текст: Василий Елагин
Добавлено 8 июля 2015
Share